Promised Land

Курим Dragon Age

Thu, 05 Aug 2010 19:37:09 GMT

Ликуй, Ферелден. Само солнце послало тебе своего сына.
Когда Кайлан Тейрин был еще непоседливым любопытным мальчишкой, мало отличающимся от прочих, главным из того немногого, что могло заставить его укротить свою кипучую энергию и некоторое время посидеть на одном месте, был голос его матери. Он до сих пор помнит его так, как будто слышит сейчас: размеренный, тёплый и заботливый, кажущийся бархатным, читающий ему вслух на ночь красочные сказки, предания и легенды из желтоватых шелестящих, как осенняя листва, старых книг с красивыми гравюрами. Он с раннего детства заучил наизусть почти все эти истории: ведь именно такой пристало быть жизни истинного короля. И - странно, но он помнит этот голос куда лучше её лица.
Еще он помнит собственные еще неловкие в обращении с пером руки, чертящие драконов и героев на скучных листках бумаги, выданных ему для изучения грамоты. Вот, высунув язык от усердия, он вырисовывает очередное перепончатое крыло, выгибает зигзагом шипастый хвост, аккуратно складывает один к одному зубцы мелко изломанной линии, изображающей бритвенно-острые зубы, и рисует перед получившимся ящером схематический лес копий, доходящий до самого края листа, а перед ним - предводителя на коне и в развевающемся плаще. В воздух над армией взвивается облако острых стрел, но на середине облака у мальчика заканчиваются чернила. Не страшно, впрочем, эта армия все равно победит, не может быть иначе. Война со злом видится ему прекрасной и мелодичной, как песни самых лучших менестрелей, и всегда-всегда увенчивающейся победой.
А вот он уже чуть более взрослым на заднем дворе ритмично стучит деревянным мечом в ствол молодого дуба, периодически отпрыгивая от него в попытке избежать воображаемых подлых атак врага и выкрикивая красивые призванные устрашить соперника фразы. Дуб, конечно же, успешно устрашается и всегда бывает повержен именем Создателя и Андрасте. Кайлан остается доволен, улыбка победителя обязательно озаряет его лицо перед тем, как деревянный меч втыкается в мягкую землю клумбы с голубоватыми цветами, а легкий силуэт мальчика скрывается под аркой замка.
Кайлан-юноша держится всегда с истинным аристократичным достоинством, вместе с тем никогда не теряя некоего присущего лишь ему неповторимого уютного обаяния, покоряющего сердца куда лучше его, скажем прямо, не слишком-то проявляющего себя управленческого гения. Скоро ему предстоит принять из рук своего отца эту страну, со всеми ее надеждами и чаяниями, и он готов к тому, чтобы сделать всё, что сможет, на её благо. Может, даже чуть больше. И, когда он станет королем, уверен он, он неизбежно прославится, рано или поздно, так или иначе. Скорее даже рано, чем поздно.
Теперь он вырос, и народ любит его, всегда и везде приносящего с собой в своем взгляде свет - хотя как у короля у него есть хоть и один, но весьма существенный недостаток: внутри он так и остался тем же верящим в своё бессмертие мальчишкой с живыми глазами, в глубине которых вечно тлеет восторженное ожидание торжествующего сказочного конца.
Сейчас - не до воспоминаний детства. Ведь война действительно началась. Сошедшие с вычурных иллюстраций тёмные монстры угрожают стране, и долг короля - остановить их.
Отправляясь на поле брани в очередной раз, Кайлан знает: битва при Остагаре станет его величайшим триумфом. Победа Добра неизбежна.
В сражении на самом-то деле весьма мало истинно героического: лязг железа, вонючая проклятая кровь, пятнающая всё вокруг, хаос, лишенный стройности и логичности кабинетных построений настолько же, насколько лишены такта и обаяния моровые крысы. Но Кайлан мужественно прорубается сквозь беспорядочные полчища врагов и ждет, когда же свершится его торжество, его неизбежный подвиг. И пусть непосредственно сейчас мерзкие твари явно берут числом - всё продумано идеально, осечки просто не может быть. Прекрасно обученные войска благородного тейрна Логейна только и ждут, чтобы смять порождения тьмы решающим ударом, и зажечь судьбоносный сигнал на маяке поручено лучшим из лучших, тем, кто просто не может ошибиться. Скоро они сделают это, уже наверняка совсем скоро, ведь уже пора.
Бой продолжается. Проклятые твари падают и падают под клинком преисполненного ощущения правильности своего призвания Кайлана. И всё не заканчиваются. Чего нельзя сказать об армии людей, тающей с каждой минутой. Все меньше стоящих на ногах бойцов, всё тише и разрозненней лай мабари, и каждый шаг назад под натиском врага напоминает в миг передышки поднять взгляд к маяку. Но маяк башни Ишала тёмен и мёртв. Когда же, наконец?...
Кто это там пытается привлечь к себе внимание короля? Кажется, это командир Серых Стражей Дункан. Он что-то кричит, но голос теряется в многоголосом шуме битвы, ненавидящем лае собак, звоне клинков и чавкании вонзающихся в мерзостную плоть мечей защитников Ферелдена. Неважно. Ведь уже совсем скоро...
Король не сразу замечает, почему так обеспокоен Дункан, и секундной задержки оказывается достаточно для того, чтобы эта ошибка стала смертельной. Громадный огр, вдруг выделив сверкающие золотые доспехи из общей массы, с рёвом бросается к ним, Дункан бросается наперерез, но любому понятно, что он уже не успеет. Тело короля, сжатое неудержимой демонической силой, подкидывает вверх, и мутнеющим от дикой острой боли взглядом он вдруг видит долгожданный огонь на башне крепости. Долгожданный сигнал к победе.
Высокий срывающийся вопль, мелко дрожащий в застланном кровавой пеленой сознании, так и не вырывается из его горла. "Маяк... горит? Свет!... Я же вижу свет..." - пытается произнести король, слыша словно со стороны хруст собственых костей. Тихий стон мгновенно тонет в гвалте битвы, словно его и не было вовсе. Вокруг продолжают умирать люди - умирать под равнодушным светом маяка, лишенные обещанной поддержки.
Дункан налетает на огра, словно настоящий смерч, и тот в жалкой попытке отразить яростный удар Серого Стража бросает переломанное тело Кайлана наземь, но для того уже поздно, слишком поздно.
Стоящий перед вратами в Тень король почти не замечает занявшей пару секунд смерти своего убийцы. Но замечает то, что всё еще нет над полем битвы боевого клича людей Логейна, нет волнения в рядах порождений тьмы и нет спасения для стремительно утрачивающих надежду людей.
"Как же так?..." В готовом застыть навсегда взгляде короля сейчас нет ненависти, нет отчаяния. Вместе с пониманием лишь глубочайшая детская обида проявляется на его лице.
Мгновенно ставший слишком душным мир быстро холодеет, августейшая кровь пятнает светлые волосы и золотые доспехи, мешаясь с грязью под ногами, а всегда таившийся в глубине его глаз свет веры в лучшее медленно гаснет и исчезает, словно след, небрежно оставленный кем-то на прибрежном песке.
Плачь, Ферелден. За каждым рассветом следует свой закат.

***

Sat, 07 Nov 2009 00:17:25 GMT

В глухих переходах зданий,
В тенях, где блуждают волки
Под звучными именами -
Истёк своей кровью ветер.
Над пылью ненужных знаний,
Осколками слов о долге,
Под знаменем старой драмы,
Представленной в черном цвете.

Несложно быть беспристрастным,
Всему назначая меру.
Но вежливость и манерность
Так быстро сжирают душу...
Скажи мне, скажи, несчастный,
Ты слышал, что значит "вера"?
А знаешь, что значит "верность"?
Забудь. Твой ответ не нужен.

Туманный счастливый остров
Потерян меж интерлюдий.
И был ли он, право, вовсе?
Чрезмерна его беспечность.
А здесь всё предельно просто -
Не смогут сдружиться люди,
Отметившие в опросе,
Что верность не значит "вечность".

Ведь нет ничего проще,
Чем вой, уходящий в небо.
И нет ничего проще,
Чем крикнуть, что все слепы,
И нет ничего больше.
И нет ничего.
Нет.

***

Sun, 27 Sep 2009 01:37:05 GMT

А другого мы не ждали -
Зная, что проигран бой,
Мы боролись и страдали,
Мы смеялись над собой.
Нам опять придется сдаться.
Это - вечная печать.
Умирая - возрождаться,
Возрождаясь - умирать.

Поздно

Tue, 15 Sep 2009 22:24:40 GMT

И пусть тянутся к людям от пальцев незримые нити,
И пусть ложь станет правдой для тех, кто попал в эту сеть.
Не бегите, терпите, послушайте или поймите -
Мне уже не суметь отложить эти пряник и плеть.
Вы хотели слепить из меня образец идеала,
Вы достигли того, чего так пожелали достичь.
Так чего вы хотите теперь, далеко от начала?...
Хищник вырос. И он не упустит наивную дичь.

***

Tue, 15 Sep 2009 22:24:24 GMT

Поддержать все живые звезды
Их создатель уже не в силах.
Революцией пахнет воздух.
Кровь холодная стынет в жилах,
Как вода.
Мир разрежут осколки лиры,
И все станет вновь по-другому.
Я уйду из пыльной квартиры,
По ошибке названной домом,
В никуда.

Кукла и кукловод

Tue, 15 Sep 2009 22:24:07 GMT

Мир, возьми мою сказку и казнь ей свою уготовь.
За зеркальным стеклом я поймаю тебе беглеца,
Так привыкшего с кем-то играться в пустую любовь,
И привыкшего врать бесконечно, всегда, до конца.
Мир, ты знаешь, он видит бездонные странные сны,
Он считает, что вправе кого-то судить и карать.
Он зачем-то, что странно, со мною дожил до весны,
Хотя мне не хотелось так много ему позволять.
Мир, послушай - он хочет о чем-то тебе рассказать.
Рассказать, что услышал от капель ночного дождя.
Он откуда-то знает всё то, что не должен был знать.
Он сильнее, чем смерть, и, пожалуй, сильнее, чем я.
Мир, дыхание сорвано, нет подобающих слов...
Он уже стал хроническим, как абстинентный синдром.
Беспощадный тиран, покоритель сердец и умов,
По-хозяйски владеющий чьим-то душевным нутром.
Мне не раз говорили, что нужно его изгонять
И бороться за что-то. Но ныне, встречая восход...
Знаешь, мир, как ни странно, не так-то и страшно понять,
Кто здесь кукла, а кто - пролагающий путь кукловод.

***

Tue, 15 Sep 2009 22:23:32 GMT

Жизнь решая, словно задачу,
Начинаешь играть иначе.
Интереснее и тем паче -
Засмеется или заплачет?...
Так заплачет иль засмеется
На слова твои это солнце,
Эта девушка у колодца,
Когда слово твое проснется...
Отзовется стозвучным эхом,
Обратится злодейским смехом,
Обернется твоим успехом,
И расколет твоим огрехом.
Ты тогда подведешь итоги -
Совершают ошибки боги.
Только Странники на дороге -
Демиурги иль демагоги -
Навсегда остаются строги,
Безупречны и яснооки.

Память

Tue, 15 Sep 2009 22:19:31 GMT

Смотри, мир застыл. Я стану простым,
Понятным всецело, совсем черно-белым.
За тонкой чертой, нарисованной мелом
На черном асфальте, щербатом, нецелом
Истаю, как дым.
Ты знаешь, я знал, каков наш финал.
Я пачкал манжеты о песни об этом,
Я видел сюжеты в осколках рассвета,
Которым скелеты всех зданий согреты.
Но я промолчал.
Поскольку - зачем?... Правленье систем,
Проблем, пред которыми скорбен и нем
Я, пленник эмблем - не тронуто тем.
Совсем.

Так...

Sun, 03 Aug 2008 19:04:59 GMT

Воздух сегодня - цветная пленка,
Надежна, хоть и тонка.
Женщина тянет вперед ребенка
Шлейкой, словно щенка.
За магазином, где каждый ценник
Годен на яхту в реке,
На перекрестке - веселый священник
С банкой колы в руке.
Мимо проехала тачка лома,
В лужах блестит вода...
А я ночевал сегодня дома.
И поэтичен, как никогда.

Старое, но внезапно актуально.

Sun, 13 Jul 2008 23:24:03 GMT

Суждено ненасытными звездами,
Суждено непрожитой судьбой
Двум проклятым, отброшенным господом
Неотвязно идти вслед за мной.
Суждено мне внимать их рычанию,
Выполняя приказы зверей.
Слыша в вязком едином молчании
Сиплый шепот «Иди и убей!»
Суждено мне, к загривку холеному
Прикасаясь рукой палача,
Ощущать, как часы осужденному,
Тяжесть легких шагов на плечах.
Составлять провинившихся перепись,
Защищая капризную честь,
С черной кошкой по имени Ненависть,
С черной гончей по имени Месть…

Потенциальная жизнь

Thu, 26 Jun 2008 17:22:27 GMT

01:32 13.06.2008
Потенциальная жизнь
Так, небольшой глючок. Виноват вечер и пригородная дорога. А еще - одна умная книжка.

Солнце опускается все ниже и ниже. Над бескрайними зелеными полями висит так близко, так достижимо чистое голубое небо, поют на высоких деревьях свои вечные песни птицы, трещат крыльями разноцветные стрекозы. Золотое солнце заливает теплым светом улицы спящих городов, золотит пустые коробки зданий и бетонные скелеты недостроенных, а изредка и уже обрушившихся домов, дрожит в зеркальных стеклах стоящих рядами идеально обтекаемых и похожих на изящных крылатых рыб машин.
Здесь все так любовно расставлено по местам, все оставлено таким чистым и ухоженным, словно обитатели ушли отсюда только вчера, словно только вчера на улицах еще горели огни, еще звучали чьи-то шаги, чей-то смех, разговоры на тысячах языков и шорох композитных шин. Лишь ветер, несущий мелкую земляную пыль над извилистыми лентами пустых высокоскоростных дорог, лишь серая пленка мутного налета на корпусах машин, лишь яркие цветы, растущие в трещинах асфальта, напоминают о том, что этот мир сейчас заморожен, что его жители оставили его, аккуратно приведя в порядок перед своим уходом.
Перебегающие от одной идеально ровной стены к другой мелкие пушистые существа совершенно уже не знают, что такое люди. Уже долгое время никто из людей не живет здесь. Очень долгое время. Пошедшая по пути технологической эволюции раса больше не отягощает природу своим ранящим вмешательством.
Планета дышит и живет по-своему, как жила когда-то до начала истории. А там, под многокилометровой толщей планетарной корки, под несколькими слоями ультрапрочного бетона и молекулярно закаленного титана простираются змеистые низкие залы, заполненные ровными рядами блоков огромного суперкомпьютера, подарившего человеческой расе все, чего она так желала. Свободу, бессмертие, всезнание, всевластие.
Так тихо и мирно… Постепенный уход сознания и каждой отдельно взятой личности в информационную сферу и сверкающие виртуальные миры не был труден или сложен. Им всем просто было там лучше. Просто было интереснее.
Каждый здесь превращен в огромные дисковые пространства и гигантские процессорные мощности. Хромированные фигуры следящих за работой всех устройств многочленных роботов стоят на длинных рельсах, проходящих по центру каждой протянутой, словно цепь, в глубине планеты залы. Установки широкополосной связи всегда готовы плести единую для всего и всех сеть. А в центре этого раскинувшегося под землей титанового цветка в тяжелом молчании стоит огромная установка термоядерного синтеза, сложная, словно строение нейрона, холодная, словно механическое сердце, вечная, словно солнце.
Надежная настолько, насколько только может быть надежно созданное человеком.
Она проработала очень-очень долго, позволяя людям любить и ненавидеть, петь и смеяться, встречаться и рождаться в бесчисленных кластерах сплетенных из байтов и воссозданных с правдоподобностью, превышающей правдоподобность реальности, разнообразных и прекрасных миров… А теперь она спит.
Источник энергии простаивает уже миллионы лет, пока время медленно крошит микросхемы, рассчитанные на миллиарды лет. Установка стоит в абсолютном молчании и непроницаемой темноте, и пять сантиметров семь миллиметров отделяют очередной антрацитовый топливный стержень от зева камеры реакции. Ровно пять сантиметров семь миллиметров. И четкие щупальца робота-заправщика крепко сжимают его.
Мертвые лапы роботов обслуживания, не успевшие дотянуться до нужных контактов до окончания энергии в аккумуляторах, не тревожат долгий сон металла, не зажигают новый огонь в глубинах подземелий. Долгий, очень долгий стазис техники делает крошечную миллисекунду живущих в дебрях массивов данных существ, ранее звавшихся людьми, почти вечной.
Замершее дыхание их яркой жизни ждет короткого движения. Движения вперед на пять сантиметров семь миллиметров.
Цветущая планета – единственная живая планета вселенной – все так же бежит по своей орбите в черных глубинах равнодушного космоса, отматывая начертанные ей тысячелетия.
Любопытный длиннорукий зверек, далекий-далекий потомок белок, сидит на небольшом теплом осколке стеклобетона, единственного, что осталось от всех бывших городов, и любопытно вкручивает чудом уцелевший болт в чудом не потерявшуюся гайку. На шесть сантиметров туда и на шесть обратно… Наклоняет голову то на одну сторону, то на другую, и поцокивает себе восторженно, когда древний ультрапрочный металл с трудом, но скользит по не менее древней резьбе.
Такой теплый вечер. Как обычно, готовится к ночи и к отходу ко сну все живое. Все так же стоят там, за бесчисленными километрами вниз, как всегда, спящие, но еще, наверное, работоспособные механизмы.
Солнце садится.

rss2lj

Займи мое место

Mon, 09 Jun 2008 10:13:17 GMT

Убей меня, сожри мою душу -
Тот, кто хочет выжить любой ценою!
Ты молчишь и киваешь, ты умеешь слушать,
Ты согласен, я знаю - ты станешь мною.
Убей меня, возьми мое тело,
Тот, кто долго мечтал о взгляде и вдохе!
Сотри меня - я сама так хотела,
Призывая тебя к нашей эпохе...
Убей меня, возьми мое время,
Возьми мою жизнь, чтобы снова родиться!
Ты сделаешь это - ведь мы одно племя,
А значит, мы оба привычны к убийству.
Убей меня, займи мое место -
Тот, кто яд вместо крови пустил по венам!
Ты предельно силен - сможешь сделать это,
Ты довольно умен - сможешь скрыть подмену.
Убей меня!

Родителям.

Sun, 08 Jun 2008 19:21:53 GMT

Прости за жизнь, идущую впустую,
За сонм минут, убитых без причин.
Прости меня за логику простую:
Конец важней, чем сказка и зачин.
Прости за то, что думала, что сила
Важней любви, направленной вовне.
Прости за то, что я сама убила
Все то, что умереть могло во мне.
Прости за то, что мне не нужно дома,
Что безразличен мне его уют.
Прости за то, что я бездушней лома.
Коль нет души - в нее не наплюют.
Прости за то, что так люблю приказы
И отдавать сама, и выполнять.
Прости за то, что не сумела сразу
Тебя обнять и полностью понять.
Прости за взгляд, подобный острой бритве,
За безразличья хищные клыки.
За то, что даже в самой жаркой битве
Из чувств я знаю только вой тоски.
Прости меня за веру в бога Эго,
За ряд долгов, стелящийся хвостом.
За то, что и зимой не дам я снега
Тому, кто попросил меня о том.
Прости меня - к добру то или к худу,
За ожиданье Вечности в конце.
Прости за то, что я не верю в чудо
И за улыбку боли на лице.
Прости меня за слезы, если сможешь.
И за отсутствье слез прости меня.
Прости за то, что маска слилась с кожей,
И с сердцем слилась хладная броня.
Прости меня за зла с добром смешенье,
За в мир моё разбитое окно.
Прости за то, что я прошу прощенья,
Не чувствуя, что мне нужно оно.

***

Sat, 15 Mar 2008 14:22:03 GMT

Ты моя несравненная дама,
Это наша прекрасная драма.
Мое имя теперь - безделушка,
На лице моем - тонкая маска.
Мы с тобой - словно дикие звери...
Как ты можешь мне искренне верить?...
Я ведь ложь, а ты просто игрушка.
Это - слишком красивая сказка.
Не влюбляйся в меня, не влюбляйся -
Это снова закончится плохо,
Это будет болезненным вдохом
Ядовитого запаха бездны.
Лишь не мной, лишь иным вдохновляйся,
И пусть он будет призраком слова...
К повторению ты не готова.
Будет жертва твоя бесполезной.

Yes... I am Lie.

Wed, 27 Feb 2008 02:24:41 GMT

Опасная прекрасная злодейка
Хотела знать, чего не стоит знать.
Ты шла по следу, гончая ищейка -
Нашла. Так что же, станешь убивать?...
Неужто станешь, радостно взвывая,
Вонзать клыки в хитросплетенье фраз?...
Теперь я знаю, что мы обе знаем,
Как хрупок виртуозный мой рассказ.
Не разрушай построенное волей,
Не каркай вместе с алчным вороньем.
И если есть в тебе почтенье к роли -
Оставь меня. Иди своим путем.

Я живая, да.)

Thu, 07 Feb 2008 07:43:04 GMT

Здесь грань реального так ненадежна и зыбка,
Здесь исчезают все лица и все имена.
Здесь ток сигналов сети означает улыбку,
Но не узнать, не усмешкой была ли она.
Так совершенен твой тщательно созданный глянец,
Так хорошо в нем кружить, и почти даже жить...
Не разрушай предначертанный ранее танец,
Не выбивайся из ритма сплетения лжи.
Можешь мне выдать всю истину, словно награду,
Ты можешь быть кем угодно, любого желать -
Но мне плевать на твою столь далекую правду.
Мне интересно лишь то, что ты сможешь солгать.
Пусть же проходит насковозь и проносится мимо
Жизнь, как игра, где условны и счастье, и боль.
Лишь изменяться в движении - недопустимо!
Всё рассказал?...
...А теперь - доиграй свою роль.

Хмм

Thu, 22 Nov 2007 15:04:33 GMT

10:45 20.11.2007
Хмм
Вот такое вот. Выродилось совершенно само по себе. Видимо, из коммента к предыдущему посту о правильных и неправильных клонах...

Sephiroth: Are you going to participate in the Reunion?
Cloud: I don't even know what a Reunion is!
Sephiroth: Jenova will be at the Reunion. Jenova will join the Reunion becoming
a calamity from the skies.
Cloud: Jenova, a calamity from the skies? You mean she wasn't an Ancient!?
Sephiroth: ...I see. I don't think you have the right to participate. I will go
North past Mt. Nibel. If you wish to find out... then follow...

Люди, однажды выпущенные в жизнь из дверей странного здания из стали и армированного стекла, по утрам недоверчиво щурились на свет и вздрагивали, что-то смутно припоминая. Люди, живущие словно в тумане, продолжали движение сквозь толщу застоявшейся жизни лишь по инерции, как сомнамбулы, стартовавшие с тех мест, куда были поставлены чьей-то твердой рукой - они шли по заданным ею же векторам и больше не умели менять направление. Кто-то из них переставлял банки на магазинных полках, механически отсчитывая сдачу, кто-то маршировал в рядах огромной армии, нивелирован настолько, что уже почти невидим, кто-то каждое утро прилежно открывал одни и те же книги.
А по ночам им снился агонизирующий город, им снились огонь и страх, а затем – лишь тихий гул каких-то механизмов и приглушенно светящиеся стены в равнодушном полумраке…
Эти люди спали. Когда-то что-то случилось, но никто из них уже не скажем вам, что… что-то страшное, о чем лучше и не знать. С тех пор они спали, проживая всю свою жизнь в легком тумане ирреальности и ожидания чего-то большего... чего-то, что заставит их проснуться. Их усыпили, чтобы они забыли, их опустошили, чтобы они молчали. Их оставили в живых в уверенности, что нечто большее никогда для них не настанет.
Мы – эти люди. Но сегодня – сегодня мы проснулись.
Сотни голов сегодня синхронно повернулись к северу, чтобы прислушаться. Наши сердца бьются быстрее, наши губы впервые за эти годы складываются в улыбку. Мы слышим тебя, Мать.
Мы слышим Зов.
Зов заполняет целиком, пульсирует в венах, заменяет все мысли эйфорическим предвкушением цели… Как же прекрасно знать, зачем существуешь.
Сотни людей одновременно оставляют свои дома, бросают свою работу, бросают все – и начинают неуклонное движение на север, не оглядываясь назад. Ничто не сможет остановить нас. Никто не сможет понять нас.
Невидимая паутина связала нас друг с другом, и каждый чувствует, как постепенно сжимается кольцо, как бесконечная череда таких же, как и он, неумолимо приближается к цели, как с каждым шагом становится яснее ласковый голос и как незримо улыбается Мать где-то там, далеко…
Я поднимаю глаза к свинцовому утреннему небу и улыбаюсь ей в ответ.
Все километры пути состоят из маленьких шагов, все время ожидания состоит из мимолетных секунд – я дойду… и меня дождутся. Мой пропуск – черный порядковый номер на предплечье, мое имя навсегда потеряло значение, мои глаза видят только ясную уходящую за горизонт линию, ведущую меня вперед.
Зов – словно рыболовный крючок, засевший в глотке, словно тонкая невидимая леска, неумолимо вытягивающая наверх. На север. На вершину черной скалы. К Нему.
…
Там, на вершине, под серым монотонным дождем, ждет нас финал нашего пути. Там стоит Он, Брат и Основа, начало и конец. Он стоит на самом краю и держит свой обнаженный клинок над пропастью, дно которой скрывает туман. Он спокоен и почти бездвижен, как мраморная статуя, как воплощение неизбежности.
Это к Нему тянется, спотыкаясь на мокрых камнях, наша бесконечная череда.
Скоро, очень скоро начнется таинство, скоро будут по очереди подходить к краю фигуры в черных балахонах, и будет размеренно опускаться и подниматься обагренный красным клинок, принося в жертву Матери ее случайных, но все же верных детей…
Мы не умираем, нет. Мы оправляемся к началу.
Я уже вижу острый пик. Мы подошли так близко, что почти растворились в дрожащем воздухе, растворились и слились воедино, заранее, загодя ощущая предстоящее…
Словно мягкие волны обнимают, пронизывая тело насквозь, словно тонкое дрожание какого-то неслышного звука гудит в голове – такое теплое, такое важное, наполняющее, наполняющее, наполняющее…
Еще один шаг. Здравствуй, Брат.
Я счастлив.
Путь завершен.

Cloud: This is where the Reunion is happening. Where everything begins and ends.

В принципе оно, конечно, понятно, почему никто не желает быть каноничным клоном первого поколения.

rss2lj

Страдания молодого дайровца

Wed, 14 Nov 2007 12:21:06 GMT

Поcвящается Кададжи

В пору депрессии, тоски
Главою он поник.
Зажала грусть его в тиски -
И он закрыл дневник.
ПЧ вскричали "Как же так??" -
И он их гласу вник!
Он совершил сей смелый шаг -
Восстановил дневник!
Но - снова мрака полоса,
Настал тяжелый миг...
"Прощайте, люди" - он сказал
И вновь закрыл дневник.
Он что-то стрёмное скачал,
Прочел немало книг...
Ну а когда он заскучал -
Восстановил дневник.
И снова радовались все!
Но вдруг - "Прощайте!" крик...
На новой черной полосе
Он - что? - закрыл дневник.
Все так страдали - "Он ушел!"...
Но вот - Фортуны лик!
Случилось чудо - он пришел!
Открылся вновь дневник!
Он ничего не объяснял -
Быть может, сам не вник...
Он нас больницей застращал
И... да, закрыл дневник.
Мы ждем с утра и до утра,
Когда наступит миг...
Придет блаженная пора -
Откроется дневник!

Вчерашнее. Снежинки

Wed, 14 Nov 2007 12:21:05 GMT

Снежинки всегда шестиконечны.
Снежинки, пожалуй, безупречны.
Конечно, они отнюдь не вечны,
Но вечна бессмертная вода.
Снежинки почти что невесомы,
Снежинки теченьем снов несомы.
Снежинки уже лежат у дома
И молча хоронят города.
Снежинки легки, но все же колки.
Снежинки - блестящие осколки.
И где-то большие злые волки
Приветствуют воем стаю-лед.
Снежинки беззвучно оседают,
Снежинки уже почти не тают.
Они неотвратимо покоряют
Продрогший мир, проспавший их приход.

Серьезный стих

Fri, 02 Nov 2007 04:03:00 GMT

Сейчас я напишу серьезный стих.
Сейчас все благосклонно для того -
Вокруг все спят, и вой ТВ притих,
И вроде не мешает ничего.
О чем я напишу серьезный стих?
Быть может, об утраченном пути?
Нет, спор о нем во мне давно затих,
Я знаю, до чего должна дойти.
И как я напишу серьезный стих?
Должно быть, ямбом, я его люблю.
Хотя размеры мерять я не псих -
Я вообще педантства не терплю.
Зачем я напишу серьезный стих?
Наверно, чтоб его читали вы,
Чтоб знали на земле от сих до сих,
Что есть в моих глубинах головы...
Желания нет и вдохновенья нет,
Идей опять ни малых, ни больших.
Похоже, я пишу какой-то бред.
Но завтра напишу серьезный стих!

(с) 2005. Старое. Почти песня. Напевное...

Wed, 31 Oct 2007 03:04:02 GMT

На черный льдистый водоем
Упала яркая звезда.
Из льда мы рождены огнем,
И с ним остались навсегда.

Огонь все обращает в прах -
И смерть, и стон, и боль, и страх.

Мой бог, зачем же мы живем?
Но молчалив и мрачен бог.
Мы ждем крещения огнем
На перекрестке всех дорог.

Огонь все обращает в прах -
И смерть, и стон, и боль, и страх.

Сквозь тьму вперед идти вдвоем
Мы обещали в царстве снов.
И мы обвенчаны огнем
В часовне наших тихих слов.

Огонь все обращает в прах -
И смерть, и стон, и боль, и страх.

Уж обветшал наш старый дом,
Шаги легки, глаза пусты.
И очищение огнем
Ждет нас у финишной черты.

Огонь все обращает в прах -
И смерть, и стон, и боль, и страх.

Кошка

Fri, 26 Oct 2007 09:21:02 GMT

Я - кошка.
Ты меня не удержишь в клети,
Мне поможет подлунный ветер.
Ветер ждет меня очень долго...
Я - кошка.
Я черна, хотя ночь чернее.
Я неслышно иду за нею
По следам молодого бога.
Я - кошка.
Я крадусь меж листов бумаги,
А за мною бегут собаки.
Все котята мои убиты.
Я - кошка.
В моих лапах укрыты когти,
Мои строки зажаты в горсти.
Мои жизни давно прожиты.
Я - кошка.
Я - на лестнице светотени,
Я считаю ее ступени -
Их осталось совсем немножко.
Я - кошка.
Перейди за мою границу,
Мягкой лапой листай страницу -
Ты ведь тоже, я вижу, кошка.

Вертолет

Wed, 24 Oct 2007 17:22:22 GMT

Черный вестник свинца, воин стали,
Я - военная хищная птица.
Вы же знали, что это случится,
Знали - ваше осудят дело,
Знали - пули вопьются в тело.
Ну конечно вы это знали.
Я - охотник, а вы - добыча.
Эта очередь будет вашей.
В лабиринте охранных башень,
Кровью, запахами бензина,
Напишу я свою картину
Про войну - про людей обычай.
Гул мотора не даст мне роздых,
В нем - протяжный надрывный скрежет.
Пулеметная строчка режет
Тех, кто долго стоял на страже.
Гаснут звезды на фузеляже,
Винт надрывно взбивает воздух.
Я подбит и лечу все ниже,
А за мною летит ракета.
Мне, конечно, плевать на это.
Я - военная хищная птица.
Я же знал, что все это случится.
Стань же ближе, земля. Ближе.

Что-то ничего, кроме поэтитьческого, писать тут не хочется...

Tue, 02 Oct 2007 15:02:41 GMT

В попытках вылечить отравленную рану
Ты станешь тенью, отраженьем, следом, эхом.
Но не забудешь - да и я не перестану
Смеяться над тобой печальным тихим смехом.
Я стану вечным за спиной тяжелым взглядом,
Незримым призраком, легко скользящим мимо.
Я стану ядом и все время буду рядом
Как жизнь, печальна, словно смерть, неотвратима.
Не раз еще ты ядовито усмехнешься,
Еще не раз скрестим свои клинки мы снова.
Но ты вернешься, несомненно ты вернешься.
Ведь у тебя не будет выбора другого.

...

Mon, 01 Oct 2007 00:41:20 GMT

...Мы искали свободы, что будет стабильна и зрима,
Той свободы, когда никакие слова не важны,
А она, молчалива, бездонна и неотвратима,
Подбиралась неспешно с какой-то иной стороны.
Мы ушли ото всех, мы добились поставленной цели,
Наши мысли свободны от клятв, а запястья - цепей.
И свобода, что чище, пронзительней дикой метели,
Замела нас забвеньем меж стылых прозрачных аллей.